В детстве я очень любил слушать сказки. Их мне рассказывали и читали мама, бабушка и другие близкие родственники, с уважением и пониманием относившиеся к моему страстному увлечению. Я был благодарным слушателем – не перебивал рассказчика или чтеца, был сконцентрирован и внимателен, а по окончании сеанса радовал взрослых умными вопросами по содержанию прослушанной сказки.
 

 

Со временем я стал задаваться вопросом, а что же такое – сказка? В чем ее отличие от других литературных жанров? В «Словаре литературоведческих терминов», подаренном мне моим отцом, я прочитал следующее:

«Сказка – один из основных жанров народного устно-поэтического творчества. Сказка – преимущественно прозаический художественный устный рассказ фантастического, авантюрного или бытового характера с установкой на вымысел.

Термином «Сказка» называют разнообразные виды устной прозы: рассказы о животных, волшебные истории, авантюрные повести, сатирические анекдоты… Положительные герои волшебных сказок – Иван-дурак, Елена Прекрасная, Василиса Премудрая и другие – носители высокой морали, воплощение народных идеалов. Светлому миру положительных сказочных героев и их помощников противопоставляются темные силы сказочного царства – Кащей Бессмертный, Баба Яга, Лихо Одноглазое…»

Немного повзрослев, я стал догадываться, что сказка – это не просто увлекательное повествование с фантастическим сюжетом. Интуиция подсказывала мне, что сказки народов мира содержат в себе некую более глубокую информацию. Надо только научиться понимать глубинный смысл сказочных рассказов.

Мне стало казаться, что сказка – это зашифрованное информационное послание из прошлого, адресованное будущим поколениям людей. Подтверждение своей гипотезе я неожиданно нашел у эллинистического мыслителя III века до нашей эры, Эвгемера, который в своем трактате «Священная хроника» высказал замечательную мысль, что «мифология – это облеченная в чудесное история».

Узнав о том, что на Южном берегу Крыма, недалеко от Ялты есть музей, который называется «Поляна сказок», я немедленно помчался туда. Когда жизнерадостный и общительный таксист десантировал меня у входа на территорию этого музея, в моей памяти почему-то ожил персонаж замечательной повести-сказки братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» обаятельный кот Василий:

« - Ну-с, так… - сказал хорошо поставленный мужской голос. – В некотором было царстве, в некотором государстве жил-был царь, по имени… мнэ-э… ну, в конце концов, неважно. Скажем, мнэ-э… Полуэкт… У него было три сына-царевича. Первый… мнэ-э… Третий был дурак, а вот первый?...

Пригибаясь, как солдат под обстрелом, я подобрался к окну и выглянул. Дуб был на месте. Спиною к нему стоял в глубокой задумчивости на задних лапах кот Василий. В зубах у него был зажат цветок кувшинки…

- Хорошо… - говорил кот сквозь зубы. – Бывали-живали царь да царица. У царя, у царицы был один сын… Мнэ-э… Дурак, естественно…

Кот с досадой выплюнул цветок и, весь сморщившись, потер лоб.

- Отчаянное положение, - проговорил он. – Ведь кое-что помню! «Ха-ха-ха! Будет чем полакомиться: конь – на обед, молодец – на ужин…» Откуда бы это? А Иван, сами понимаете – дурак, отвечает: «Эх ты, поганое чудище, не уловивши бела лебедя, да кушаешь!» Потом, естественно – каленая стрела, все три головы долой, Иван вынимает три сердца и привозит, кретин, домой матери… Каков подарочек! – Кот сардонически засмеялся, потом вздохнул. – Есть еще такая болезнь – склероз, - сообщил он…

В лапах у него вдруг оказались массивные гусли – я даже не заметил, где он их взял. Он отчаянно ударил по ним лапой и, цепляясь когтями за струны, заорал… , словно бы стараясь заглушить музыку:

Дасс им танивальд финстер ист,
Дас махт дас хольтс,
Дас… мнэ-э… майн шатц… или катц? …

.....Он вернулся к дубу, прислонил к нему гусли и почесал задней ногой за ухом.

— Труд, труд и труд, — сказал он. — Только труд! Он снова заложил лапы за спину и пошел влево от дуба, бормоча:

— Дошло до меня, о великий царь, что в славном городе Багдаде жил-был портной, по имени… — он стал на четвереньки, выгнул спину и злобно зашипел. — Вот с этими именами у меня особенно отвратительно! Абу.. Али… Кто-то ибн чей-то… Н-ну хорошо, скажем, Полуэкт. Полуэкт ибн… мнэ-э… Полуэктович… Все равно не помню, что было с этим портным. Ну и пес с ним, начнем другую…

Я лежал животом на подоконнике и, млея, смотрел, как злосчастный Василий бродит около дуба то вправо, то влево, бормочет, откашливается, подвывает, мычит, становится от напряжения на четвереньки — словом, мучается несказанно. Диапазон знаний его был грандиозен. Ни одной сказки и ни одной песни он не знал больше чем наполовину, но это были русские, украинские, западнославянские, немецкие, английские, по-моему, даже японские, китайские и африканские сказки, легенды, притчи, баллады, песни, романсы, частушки и припевки.

Склероз приводил его в бешенство, несколько раз он бросался на ствол дуба и драл кору когтями, он шипел и плевался, и глаза его при этом горели как у дьявола, а пушистый хвост, толстый, как полено, то смотрел в зенит, то судорожно подергивался, то хлестал его по бокам. Но единственной песенкой, которую он допел до конца, был "Чижик-пыжик", а единственной сказочкой, которую он связно рассказал, был "Дом, который построил Джек" в переводе Маршака, да и то с некоторыми купюрами…»

В отличие от говорящего кота Василия, искусствовед-консультант «Поляны сказок» Владимир Викторович Кемпа знает сотни мифологических и легендарных сюжетов от пролога и до финальной сцены. Радушно согласившись быть моим персональным экскурсоводом, он повел меня по самым заповедным тропинкам вверенного ему музея, совершив плавное погружение в удивительный мир «преданий старины глубокой».

Затаив дыхание, я внимательно слушал увлекательный рассказ Владимира Викторовича и с изумлением наблюдал, как передо мной оживают хорошо знакомые с детства сцены из сказочных историй, порожденные яркой фантазией различных народов.

Вот могучий богатырь Святогор. В одной из древних русских былин говорится, что в его кармане помещался Илья Муромец вместе с лошадью.

 

Чуть поодаль на холме высится фигура вещего Бояна, поющего славу земле русской. Это о нем говорится в знаменитом «Слове о полку Игореве»:

«… Однако начаться песне
по былинам сего времени,
а не по замышлению Бояна.
Вещий Боян,
если о ком-либо пропеть замыслил,
то разлетается мыслью-белкою по древу,
серым волком по земле,
сизым орлом под облаком.
Памятовал Боян и праотцев древние войны!...»

 

Обе скульптуры выполнены из бетона, украшены мозаикой из мрамора и керамической плитки. Меч, щит и шлем Святогора сделаны из меди.

А это Царевна-Лебедь из «Сказки о царе Салтане» А.С. Пушкина. Для осуществления своего замысла скульптор выбрал алюминий – материал, который в начале XIX века, когда он был открыт, называли «глинием» и «серебром из глины». Его легкость и пластичность позволили создать образ, исполненный женственности и лиризма. Автор запечатлел момент превращения птицы в красавицу-царевну в узорчатом сарафане и высоком кокошнике. Это превращение происходит на глазах у удивленного и очарованного князя Гвидона.

 

В наши дни любознательный православный читатель изучая Жития Святых иногда встречает в этих текстах упоминания о древних божествах, относящихся к языческому периоду нашей истории. Например, в жизнеописании пламенного миссионера и неутомимого борца с язычеством преподобного Авраамия Ростовского рассказывается о таком эпизоде из жизни святого:

«… Авраамий тщетно пытался сокрушить идола языческого бога Велеса, стоявшего на Чудском конце города. Однажды монах повстречал старца-странника и рассказал ему о своей печали. Старец открыл Авраамию, что он сумеет сокрушить идола лишь в том случае, если посетит Царьград и помолится там в храме Иоанна Богослова. Не раздумывая, монах отправился в далекий путь.

Решимость Авраамия была вознаграждена немедленно. Отойдя от Ростова всего лишь на четыре версты, монах на берегу речки Ишни повстречал «человека страшна, благоговейна образом, плешива, взлыса», с «брадою круглою великою». То был сам Иоанн Богослов. Он вручил Авраамию чудесный жезл с изображением Христа и сказал, что этой «тростию» монах сможет наконец сокрушить идола. Так оно вскоре и случилось. Велес был повержен, а на месте языческого капища Авраамий основал монастырь с храмом во имя Богоявления…»

Интересно, а как выглядели все эти перуны и велесы? На «Поляне сказок» можно узнать и об этом.

 

Экскурсия закончилась. Необычайно интересная и очень содержательная лекция Владимира Викторовича произвела на меня очень сильное, яркое впечатление. Я подумал, что если бы с нами был кот Василий, то он непременно вспомнил бы содержание всех сказок, которые когда-то он знал. А теперь еще немного фотографий. Попробуйте угадать, какие сказочные персонажи на них изображены.